ЗНАКОМЫЙ МЕМ. НОВЫЙ КОНТЕКСТ.

We live in a society

Что значит этот мем

We live in a society, или «Мы живём в обществе», — ироничная подпись к сравнению популярного и обделённого вниманием объектов. В узнаваемой версии Микки Маус получает множество реакций, а обычная мышь — ни одной. Красные счётчики превращают разговор о вкусах публики в нарочито простую и несправедливую таблицу результатов.

Добавить свою подпись

Редактор откроется с этой картинкой. Готовый мем можно скачать в PNG.

Пожаловаться на этот мем

Две мыши и два счётчика

На белом фоне слева стоит улыбающийся Микки Маус, а справа изображена небольшая реалистичная мышь, выполненная чёрной штриховкой. Над каждым рисунком висит красная панель, похожая на уведомление социальной сети. У Микки рядом со значками комментария, сердца и человека стоят числа 280, 1500 и 970. Над мышью все три значения равны нулю. Фраза We live in a society в самом файле не напечатана.

Сравнение устроено так, чтобы объекты одновременно выглядели родственными и заведомо неравными по известности. Микки узнаётся по силуэту ушей, перчаткам и привычной улыбке; второй рисунок показывает животное без имени и медийной биографии. Счётчики присваивают обоим одну меру внимания. Благодаря этому различие между знаменитым персонажем и обычной мышью читается как нелепое соревнование, где условия якобы одинаковые, а результат предрешён.

Ранний рисунок в Twitter

Один из ранних примеров этой версии появился у пользователя Twitter @660th 12 мая 2018 года. Рисунок с Микки и мышью сопровождался фразой «We live in a society». Уже 16 мая современный событиям рассказ описывал распространение сравнений среди пользователей: рядом ставили сериалы, музыку и другие культурные объекты. Этот след показывает начало заметной майской волны, хотя не устанавливает, кто первым нарисовал каждую деталь коллажа.

У красной панели есть более ранняя визуальная параллель. В 2014 году художник iHeart создал в Ванкувере работу Nobody Likes Me: плачущий мальчик изображён рядом с уведомлением без реакций. Её название играет на двух значениях английского likes — симпатии и отметки в соцсети. Такое сходство помогает понять выразительность счётчика, но само по себе не доказывает прямое заимствование рисунка с мышами или авторство iHeart в этой версии.

Общество как слишком серьёзный вывод

Фраза звучит как начало важного рассуждения об устройстве мира, но после неё нет объяснения. Вместо аргументов предъявлены две картинки и цифры. Этот скачок от небольшого наблюдения к большому выводу создаёт иронию: автор будто разоблачил общество целиком, просто сравнив популярность двух мышей. Поэтому мем может одновременно жаловаться на несправедливое внимание и подшучивать над собственной склонностью делать из личного вкуса универсальный закон.

Счётчики здесь условны. Они не показывают настоящий опрос аудитории и не доказывают художественного превосходства менее популярного объекта. Внутри шутки нули означают обиду автора за любимую вещь, а большие числа — её шумного конкурента. Сравнение особенно ясно, когда у объектов есть общая категория: две песни, два способа отдыха, две фотографии одного предмета. Тогда зритель быстро понимает, что именно предлагается оценивать и почему результат кажется автору нелепым.

Кому достаётся внимание в новых сценках

В первом вымышленном примере слева помещена фотография идеально круглого магазинного печенья с тысячей сердечек, справа — домашнее печенье в форме неровной звезды с нулями. Подпись «Мы живём в обществе» превращает кухонную обиду в культурную критику. Дополнительный смешной оттенок появляется, если автор сам съел домашнюю звезду до того, как кто-нибудь успел её увидеть: отсутствие внимания получает вполне бытовое объяснение.

Во второй вымышленной сценке библиотечный кот лежит на закрытой книге и собирает сотни реакций. Рядом та же книга показана открытой, с аккуратными заметками читателя, и остаётся без сердечек. Объекты связаны одной фотографической историей, но внимание достаётся более лёгкому образу. Третий вариант противопоставляет красивый пустой ежедневник и исписанный рабочий блокнот. Формула остаётся узнаваемой, хотя предметом иронии становятся привлекательная упаковка и незаметная повседневная работа.